Про сообщества с Евгенией Курчатовой

Как продавать селлерам, снизив зависимость от маркетплейсов? Маркетплейсы сильно изменили привычки покупателей: сейчас человеку не обязательно запоминать название бренда или возвращаться в конкретный магазин. Он открывает удобное приложение, вводит запрос, сравнивает десятки похожих товаров по цене, отзывам и сроку доставки — и выбирает. Для селлера это отличная возможность быстро получить доступ к огромной аудитории, но есть и обратная сторона: покупатель маркетплейса далеко не всегда становится покупателем бренда. Он может приобрести ваш товар сегодня, а через месяц выбрать конкурента, потому что тот оказался выше в выдаче, предложил скидку или доставку на день быстрее. Сегодня брендам важно думать и о том, как построить отношения с человеком после первой продажи. И одним из инструментов становится сообщество вокруг бренда. 🟠 Продавать не только товар, но и принадлежность. Сильные бренды объединяют людей вокруг образа жизни, интересов и ценностей, и покупают не просто товар, а потому что чувствуют себя в кругу своих. 🟠 Выводить отношения за пределы карточки товара. На маркетплейсе взаимодействие часто заканчивается в момент получения заказа. В сообществе оно может только начинаться: знакомства, полезный контент, мероприятия, обсуждения, пользовательские истории, совместные проекты, возможность влиять на развитие продукта. 🟠 Создавать горизонтальные связи между покупателями. Когда люди начинают общаться не только с брендом, но и друг с другом, возникает ценность, которую невозможно скопировать скидкой. Продукт конкурента можно повторить, цену можно снизить, но сложившиеся отношения между людьми повторить значительно сложнее. 🟠 Создавать собственный канал коммуникации. Сообщество позволяет бренду формировать собственный актив: людей, которые знают его, возвращаются, рекомендуют другим и готовы покупать не только потому, что увидели товар первым в поисковой выдаче. Маркетплейсы и сообщества дополняют и усиливают друг друга. Первые помогают быстро найти товар и совершить транзакцию, а вторые — сделать так, чтобы в следующий раз человек искал не категорию товара, а конкретно вас. Потому что если единственное, что связывает покупателя с брендом, — карточка товара на маркетплейсе, за следующую продажу снова придётся конкурировать ценой, рекламой и местом в выдаче. Если завтра ваша карточка товара исчезнет, сколько покупателей будет искать именно вас? Интервью Александра Бабруева (предприниматель, инвестор в eCommerce-проекты и другие активы) и Даниилом Лебедевым (основатель бренда одежды SKR Merch)

Почему многие так и не запускают своё сообщество, хотя годами думают об этом? Появляются новые клубы, компании создают комьюнити вокруг продуктов и брендов, эксперты монетизируют аудиторию через сообщества, и со стороны кажется: пора делать своё. Но как только дело доходит до реализации, начинается ступор: ⭐️ Непонятно, из каких элементов вообще должно состоять сообщество и что действительно необходимо для его развития. ⭐️ Кажется, что для запуска потребуется огромная команда, много времени, денег и десятки процессов, которыми придётся постоянно управлять. В результате хорошая идея либо остаётся идеей, либо сообщество запускают хаотично: создают чат, проводят мероприятия, нанимают комьюнити-менеджера — но не понимают, как всё это должно работать как единая система. На самом деле для создания сильного сообщества в первую очередь нужен компетентный заказчик — тот, кто понимает ключевые принципы и может ответить на несколько вопросов: 🟠 Зачем вообще создаётся сообщество, каковы его миссия и цель? 🟠 Как будет устроена его бизнес-модель и монетизация? 🟠 Какая команда нужна для запуска и развития? 🟠 Какие показатели покажут, что сообщество действительно работает? Владельцу необязательно становиться комьюнити-менеджером и погружаться во все операционные процессы, но важно понимать архитектуру проекта и ключевые этапы его развития. Даже сильная команда не сможет построить хороший продукт, если сам заказчик не понимает, какой результат хочет получить. А когда это понимание есть, сообщество перестаёт выглядеть как огромный список задач, появляется система: что делать, в какой последовательности, кого подключать и по каким показателям оценивать результат, а развивать сообщество становится гораздо проще. Чёткий план построения сообщества уже есть на курсе «Технологии сообществ» — забирайте возможность и внедряйте инструменты уже сейчас! 📌 в Max | в ВК

Что не так с «Клубом Друзей Русского музея»? Автор: Неля Соловьева, эксперт программ Community University, CEO международного сообщества Friline, ex-коммерческий директор Community University. Я встретила на улице рекламу Клуба Друзей Русского музея и сразу зашла на сайт, чтобы посмотреть, что это такое. Давайте исследуем этот кейс вместе 🫶 Название обещает клуб, но устроен он скорее как добротная система лояльности, и это само по себе не проблема. Что внутри: У программы несколько уровней: от базового за 10 000 ₽ до 130 000 ₽. Чем выше взнос, тем ближе человек оказывается к закрытой жизни музея. Чем дороже карта, тем больше гостей можно привести, чаще посещать музей в закрытое время и глубже заходить во внутреннюю жизнь музея. На верхних уровнях появляются персональный менеджер, отдельные открытия выставок, реставрационные мастерские и новогодний приём для членов клуба. Как программа лояльности это собрано хорошо. Особенно мне нравится возможность приводить гостей: действующий участник сам знакомит нового человека с клубом. Комьюнити-механики тоже есть — специальные групповые экскурсии, закрытые события и праздники для "своих". Лестница собрана грамотно. Она работает сразу с несколькими мотивами: ⭐️ экономия на регулярных посещениях; ⭐️ доступ к местам и событиям, закрытым для обычного посетителя; ⭐️ признание вклада; ⭐️ возможность поддержать сохранение музейного наследия. Иногда цена растёт заметнее, чем переживание участника. Но тут, возможно, всё ок — просто команда музея лучше знает свою аудиторию, чем мы. На актуальной странице музей также объясняет, на что направляются пожертвования: реставрацию, выставки, научные исследования и образовательные программы. Вопросы вызывает слово «клуб». «Друзья» почти не видят друг друга. Большинство привилегий связывает участника с музеем: человек получает билет, экскурсию, приглашение или знак признания. Горизонтальные связи между участниками практически не заложены. Стоит ли Русскому музею создавать настоящее комьюнити с чатами, модераторами и постоянной программой общения? Необязательно. Сообщество требует отдельной цели, команды и регулярной работы. Если музею прежде всего нужны лояльные посетители и благотворители, сложная клубная инфраструктура может оказаться лишней. Зато здесь пригодятся отдельные инструменты комьюнити-менеджмента: 🟠 знакомить участников на уже существующих мероприятиях; 🟠 проводить несколько камерных встреч в год вокруг конкретной выставки или реставрации; 🟠 приглашать действующих «Друзей» приводить гостей; 🟠 показывать проекты, реализованные благодаря их взносам; 🟠 давать ранний доступ к анонсам и возможность задавать вопросы сотрудникам музея; 🟠 собирать истории участников и знакомить через них весь круг «Друзей». Этого достаточно, чтобы человек чувствовал связь с музеем, видел результат своего участия и чаще продлевал членство. Мой вывод: у Русского музея заявлена сильная программа лояльности с несколькими хорошими комьюнити-механиками. Её слабое место — эти механики выглядят отдельными привилегиями и пока не складываются в понятный опыт клубной жизни. Это наглядный пример того, что иногда компании не требуется создавать комьюнити. Достаточно применить его инструменты в тех местах, где люди уже встречаются. Если вы думаете о создании сообщества, но пока не понимаете, нужно ли оно вам вообще, на часовой консультации сможем разобрать данный вопрос и сформировать понятный вектор развития сообщества.

Что не так с «Клубом Друзей Русского музея»? Автор: Неля Соловьева, эксперт программ Community University, CEO международного сообщества Friline, ex-коммерческий директор Community University. Я встретила на улице рекламу Клуба Друзей Русского музея и сразу зашла на сайт, чтобы посмотреть, что это такое. Давайте исследуем этот кейс вместе 🫶 Название обещает клуб, но устроен он скорее как добротная система лояльности, и это само по себе не проблема. Что внутри: У программы несколько уровней: от базового за 10 000 ₽ до 130 000 ₽. Чем выше взнос, тем ближе человек оказывается к закрытой жизни музея. Чем дороже карта, тем больше гостей можно привести, чаще посещать музей в закрытое время и глубже заходить во внутреннюю жизнь музея. На верхних уровнях появляются персональный менеджер, отдельные открытия выставок, реставрационные мастерские и новогодний приём для членов клуба. Как программа лояльности это собрано хорошо. Особенно мне нравится возможность приводить гостей: действующий участник сам знакомит нового человека с клубом. Комьюнити-механики тоже есть — специальные групповые экскурсии, закрытые события и праздники для "своих". Лестница собрана грамотно. Она работает сразу с несколькими мотивами: ⭐️ экономия на регулярных посещениях; ⭐️ доступ к местам и событиям, закрытым для обычного посетителя; ⭐️ признание вклада; ⭐️ возможность поддержать сохранение музейного наследия. Иногда цена растёт заметнее, чем переживание участника. Но тут, возможно, всё ок — просто команда музея лучше знает свою аудиторию, чем мы. На актуальной странице музей также объясняет, на что направляются пожертвования: реставрацию, выставки, научные исследования и образовательные программы. Вопросы вызывает слово «клуб». «Друзья» почти не видят друг друга. Большинство привилегий связывает участника с музеем: человек получает билет, экскурсию, приглашение или знак признания. Горизонтальные связи между участниками практически не заложены. Стоит ли Русскому музею создавать настоящее комьюнити с чатами, модераторами и постоянной программой общения? Необязательно. Сообщество требует отдельной цели, команды и регулярной работы. Если музею прежде всего нужны лояльные посетители и благотворители, сложная клубная инфраструктура может оказаться лишней. Зато здесь пригодятся отдельные инструменты комьюнити-менеджмента: 🟠 знакомить участников на уже существующих мероприятиях; 🟠 проводить несколько камерных встреч в год вокруг конкретной выставки или реставрации; 🟠 приглашать действующих «Друзей» приводить гостей; 🟠 показывать проекты, реализованные благодаря их взносам; 🟠 давать ранний доступ к анонсам и возможность задавать вопросы сотрудникам музея; 🟠 собирать истории участников и знакомить через них весь круг «Друзей». Этого достаточно, чтобы человек чувствовал связь с музеем, видел результат своего участия и чаще продлевал членство. Мой вывод: у Русского музея заявлена сильная программа лояльности с несколькими хорошими комьюнити-механиками. Её слабое место — эти механики выглядят отдельными привилегиями и пока не складываются в понятный опыт клубной жизни. Это наглядный пример того, что иногда компании не требуется создавать комьюнити. Достаточно применить его инструменты в тех местах, где люди уже встречаются. Если вы думаете о создании сообщества, но пока не понимаете, нужно ли оно вам вообще, на часовой консультации сможем разобрать данный вопрос и сформировать понятный вектор развития сообщества.